«Маленькие катастрофы» называют одной из самых интересных британских драм 2025 года. Мини-сериал вышел на платформе Paramount+, в главной роли — Дайан Крюгер («Троя», «Бесславные ублюдки», «Господин Никто»), а в режиссерском кресле — Ева Сигурдардоттир, исландская режиссерка. Обе — работающие матери, и вместе они рассказывают историю о материнстве и чувстве вины, тревоге и мире, где быть идеальной матерью стало невыполнимой нормой. Сериал основан на бестселлере британской авторки Сары Вон.
В центре сюжета — Джесс, заботливая мать троих детей, живущая в Лондоне. Она появляется в отделении неотложной помощи с маленьким ребенком на руках — у малышки травма головы. Дежурный врач, ее подруга Лиз, сомневается в том, что ребенок мог сам получить такую травму, и сталкивается со сложным выбором: сообщать ли о подозрении в органы опеки. С этого момента начинается цепная реакция — трещит по швам десятилетняя дружба четырех подруг, всплывают тайны, скрытые за иллюзией благополучия и идеальной жизни.
Критики и зрители по всему миру уже восхищаются игрой Дайан Крюгер. Накануне выхода мини-сериала актриса встретилась с Жанной Присяжной, чтобы поговорить о сериале, материнстве, теме послеродовой депрессии, которая еще совсем недавно не обсуждалась в кино или медиа, а также о женской дружбе и о том, что все ли матери стремятся к совершенству. Все это — в эксклюзивном интервью для ELLE Kazakhstan.
Дайан, спасибо вам за сериал, я смотрела «Маленькие катастрофы» и поймала себя на мысли: ваш персонаж Джесс — это тот человек, мимо которого можно пройти на улице и даже не подозревать, через что она на самом деле проходит. Как вы готовились к этой роли и как формировали ее скрытую, невидимую эмоциональную жизнь?
Дайан Крюгер: Во многом это шло из личного опыта. Я сама мама, как и мои подруги. Я была, по сути, одной из последних в кругу своих подруг, у кого появился ребенок, и, наблюдая за ними, я увидела, насколько по-разному этот путь складывается для каждой, насколько различен их опыт. У меня было несколько близких подруг, которые столкнулись с послеродовой депрессией, и я почувствовала, каково это — смотреть со стороны, когда тебе кажется, что ты знаешь человека очень хорошо… А потом вдруг понимаешь, что будто совсем человека не знаешь. Мне показалось, что я нахожусь в правильном внутреннем состоянии, чтобы по-настоящему захотеть исследовать глубину Джесс — и при этом немного бояться этого. Но сценарий был написан настолько точно и честно, что я испытывала к этой истории огромное сочувствие.
Я хотела спросить вас о послеродовой депрессии, потому что мне кажется, что еще двадцать лет назад об этом почти никто не говорил, а материнство в целом было сильно идеализировано и романтизировано. Мне интересно, какие скрытые стороны материнства, на ваш взгляд, эта история помогает вывести на свет?
Дайан Крюгер: Мне кажется,
здесь гораздо глубже говорится о том, что вообще значит быть матерью. Я думаю,
что многие женщины, по крайней мере в моем окружении, включая меня саму,
затрудняются с тем, чтобы честно говорить о своих переживаниях или просить о
помощи. Потому что стыдно признаться, что тебе сложно и тяжело, правда?
Стыдно долго чего-то хотеть, а потом столкнуться с
трудностями или понять, что все оказалось не таким, каким ты это себе
представляла. Собственные ожидания часто оказываются трудным испытанием.
Наверное, именно на это я откликнулась больше всего. Мне
кажется, сериал очень честно показывает женскую дружбу — то, как меняются
отношения, когда вы становитесь родителями, и с какими сложностями это связано.
При этом это все равно было увлекательное шоу. Мне очень
понравился элемент триллера — этот вопрос: «Кто это сделал?» Это было умное,
продуманное смешение разных жанров. Я не очень люблю сериалы, которые напрямую
диктуют: «Вот, что вы должны из этого вынести». Да, тема действительно важная —
и это так, но при этом это еще и просто
захватывающее, интересное шоу.
Согласна! Я начала смотреть и не смогла оторваться — смотрела до шести утра и думала: «Боже мой!» Мне стало любопытно: ваша героиня кажется такой идеальной: идеальная детская, идеальные ланчбоксы, идеальный порядок в доме. Она словно воплощение образа «идеальной мамы», которого от нас ждет общество. Изменило ли исполнение этой роли ваше отношение к ожиданиям — к себе самой или к матерям в целом?
Дайан Крюгер: Да, конечно. Я бы очень хотела быть такой, как Джесс. Хотела бы иметь время и терпение вырезать идеальные кубики сыра для ланчбокса моей дочери, быть рядом всегда, быть идеальным партнером — нежной, заботливой, любящей. Думаю, этого хотим все мы. Мне кажется, каждая женщина стремится быть идеальной матерью. Мы, конечно, понимаем, что этого невозможно достичь, но это вовсе не означает, что мы перестаем давить на себя. Это чувство материнской вины — оно очень реальное. Уверена, оно знакомо всем. Во всяком случае, я точно его чувствую.
Большое вам спасибо. Я правда очень ценю, что вы сделали этот проект вместе с Евой — режиссером, которая сама является работающей матерью. Мне кажется, это придает сериалу дополнительную глубину. Еще раз большое спасибо.
Дайан Крюгер: Спасибо!
Текст: Жанна Присяжная
Фото: Courtesy of Paramount+
